О себе и небе, как на духу

О себе и небе, как на духу

Получая высшее образование языковеда с уклоном немецкий–английский, я уже работал в международном секторе аэропорта Шереметьево. Дополнительно изучал польский язык. Работа–практика мне очень нравилась. На подходе выпуска коллеги спросили: не хочу ли я попробовать себя в роли бортпроводника? Идея мне показалась интересной, и увлекла на три года. Летал в города разных стран Европы, США, Японии, Кубы, Китая, Эмиратов… все не перечислить. Яркими были впечатления, а друзья настраивали на дальнейшее продвижение. Стали спрашивать: «А не хочешь ли стать пилотом?» Я задумался: мне 27 лет и надо опять учиться… Но у меня родители – моряки, а у моря и неба один горизонт! Надо идти! В 2017 году поступил в ведущее Лётное училище гражданской авиации – Сасовское (филиал Ульяновского института). Пилотировать учился на современных иностранных самолётах. Во время первых полётов страха не испытывал, ведь рядом всегда находился опытный наставник. А вот позже, когда он уже на несколько часов оставлял за штурвалом одного, становилось страшно: вдруг не так посажу самолёт Cessna-172, и наставник поставит четвёрку… Со временем понял: страшно не летать, а когда на земле никто не ждёт. Довелось в паре с опытным пилотом-инструктором курсировать и в другие города страны, а также совершать международные рейсы, но уже на австрийском самолёте. В училище одно время не было педагога иностранного языка, предложили вести уроки английского, подстраивали расписание под моё свободное от занятий время. За годы учёбы в училище неоднократно приезжали специалисты из Аэрофлота, присматривались к студентам, следили за успехами, заключали «ученические контракты».

После окончания училища с красным дипломом, уже думал об успешном начале лётной карьеры, но не тут-то было: на Землю вторглась пандемия. Аэропорты в России «встали». Но воздушная связь некоторых северных городов ради населения сохранялась, выхода другого не было. В это непростое время я отправился в Петербург, куда уже переехали из Кимр мои родные: отец, мать, бабушка, дедушка. Постоянной работы не предлагали, но полетал в заснеженные регионы. Недалеко от Санкт-Петербурга находится Ненецкий автономный округ, знакомые посоветовали посетить аэропорт Нарьян-Мара. Там сказали, что приняли бы в отряд на тринадцатиместный самолёт АН-2, если бы был допуск. Его не было, я же учился летать на современных самолётах, значит, надо мне переучиваться на этот старый советский? Поехал в Ростов, получил допуск, и началась северная жизнь среди замечательных людей. Понял, здесь зима это – ночь, лето – день. В основном выполнял кругорейс: 7–10 посадок с охватом около 20 деревень, так по земле ходят автобусы. В этих тяжёлых условиях получил очень ценный опыт. Отряд – золотой стандарт сравнимый с аэрофлотским. Командир очень хорошо относился ко мне, даже сказал: «Расти надо».

Вскоре меня пригласила на службу одна из бизнес-компаний Красноярска. Летаю на канадском самолёте третий год. Скучаю по АН-2. Отдалённость от семьи скрашивает сибирская география. Есть всё: изумительные реки, озёра, леса, горы… За штурвалом уже более 13 лет. В этом году в честь столетия Росавиации удостоин юбилейной награды.

О личной жизни

Год назад женился на старшей стюардессе международных рейсов Аэрофлота, Еве Андреевне Крайчек, более 10 лет бороздящей с командой асов небеса. Она родом из Ульяновска из семьи лётчиков, которые имели прямое отношение к Авиастроительному заводу «Австостар». Родной дядя супруги, будучи пилотом-инструктором в авиакомпании «Аврора», обучал меня лётному делу на канадском самолёте, а во Владивостоке, где он возглавляет одну из авиакомпаний, я доучивался. Друзья мои сначала шутили: «Это же естественно: муж – пилот, жена – стюардесса», а узнав, что мы вместе никогда не летали, теперь удивляются тому, что я живу и работаю в Красноярске, а она – в Москве. Любовь бережём, летаем друг к другу. Я горжусь женой. Ещё до нашего знакомства Ева попадала в сложную ситуацию: пассажирский самолёт захватил террорист. Благодаря слаженной работе экипажа в воздухе, а затем на земле, все пассажиры и команда остались живы. Большую помощь оказал спецназ. Еве вручили награду: медаль «Отличник Аэрофлота».

Не часто, но я бываю в Кимрах, в этот раз привёз сюда жену. Повод замечательный: юбилей А.Н. Туполева. Хотим побывать в местах, где он родился, возложить цветы и отдать дань благодарности за то, что он сделал для нашей Родины.

– город авиации

Здесь прошли мои детские годы и юность. Я всегда гордился и горжусь, что в селе Пустомазово, что под Кимрами, на свет появился великий конструктор летательных аппаратов Андрей Николаевич Туполев. При всём уважении к Олегу Антонову, Александру Яковлеву, Сергею Ильюшину, Георгию Бериеву и другим советским конструкторам, непревзойдённым считаю Туполева. Жалел, что последние десятилетия была почти приостановлена деятельность его конструкторского бюро, теперь времена меняются, и страна ждёт новых разработок с учётом открытий и изобретений Андрея Николаевича.

Кимряки благодарный народ, с уважением относятся к памяти земляка, создали музеи, установили мемориалы, проводят посвящённые Туполеву мероприятия. Помню я в детстве участвовал в Туполевском марафоне. Группой ровесников собирались около «туполевского самолёта». Гордился тем, что есть Борки, хотя не мечтал тогда быть пилотом, но восхищался полётами и прыжками с парашютом членов клуба. Как же так: теперь его уже нет? В тяжёлые 40-е годы, когда враг стремительно шёл на Москву, земли, на которых размещался аэроклуб, были мощной заградительной стеной. Об этом забывать нельзя, память тех лет надо увековечить. Кто-то ещё помнит по рассказам родных и знакомых о Михаиле Алексеевиче Матвееве – ученике, а потом инструкторе Кимрского аэроклуба. Он – участник Великой Отечественной войны, лётчик, за прорыв блокады Ленинграда был удостоен ордена Красного Знамени. В 44-м погиб. Из 11 кимряков – Героев Советского Союза мне известны три лётчика, имеющих прямое отношение к Кимрской земле. Возможно их больше. Иван Васильевич Федоров, в войну штурман эскадрильи, участник многочисленных боевых вылетов на истребителе «Як». Анатолий Васильевич Кисляков в войну был летчиком, дослужился до зам. командира истребительного полка. Дмитрий Максимович Лебедев участвовал в боевых действиях с самого начала войны, командовал авиаэскадрильей ВВС Черноморского флота.

Несколько военных самолётов разбились в годы Отечественной войны в Кимрских сельских населённых пунктах. Известны места захоронений экипажей. Местные средства массовой информации также публиковали материалы о подвигах пилотов, совершивших героические поступки над кимрскими территориями, и погибших, спасая жителей уже в послевоенное время. Я поставил себе целью найти сведения о кимряке Никите Чехлове – втором пилоте самолёта ATR-72 авиакомпании Utair, разбившемся в апреле 2012 года под Тюменью. Мы почти ровесники, а погиб он 23-летним. Нужно время, чтобы всё распознать. Кимрский округ гордится широко известным в кругах журналистики Альбертом Янкевичем. Его разно-жанровые репортажи о мощи советских и российских машин на земле и в воздухе вызывают гордость за Отечество и Кимры.

Людмила Антипова

Газета "Кимрский вестник"