Рекламный баннер 990x90px header-top
| Валюта | Дата | знач. | изм. | |
|---|---|---|---|---|
| USD | 28.09 | 84.34 | 0 | |
| EUR | 28.09 | 95.87 | 0 |
История о картонных подошвах и липовой обуви…
20:40
18.09.2022
История о картонных подошвах и липовой обуви…
Хотим поделиться отрывком из статьи Анатолия Гудимова, которая была опубликована в журнале «Журналист» в 1968 или в 1969 году. В ней рассказывается о талдомском купце Николае Чернове. Думаем, вам будет интересно.
«…Владимир Алексеевич (Гиляровский), жалуясь как-то на плохое качество купленной им «вечной» ручки, рассказывал… (впоследствии он написал об этой истории в книге «Москва и москвичи»)
— В шестидесятых годах прошлого столетия торговал под Китайгородской стеной обувью купец Чернов. Мастерские у него были в Кимрах, Талдоме и окружающих деревнях; там испокон жили сапожники.
Прославился этот купец тем, что на толкучках через подставных лиц продавал большое количество сапог с картонной подошвой. Знали об этом многие, но поймать его никто с поличным не мог. Местный пристав был купцом куплен и предупреждал его о малейшей опасности.
И был в то время полицмейстером города Москвы Лужин — страстный охотник. На охоте Лужину и пожаловались на черновские сапоги его егеря и псари. Зная порядки в своем ведомстве, Лужин велел охотникам самим выследить купца.
Однажды егеря разбудили Лужина на рассвете и сообщили: только что во двор склада въехали возы с сапогами на картонной подошве. Лужин был скор на подъем и расправу. Через полчаса склады окружили, купца Чернова и его поверенного схватили и отправили в полицейскую часть. Там их выпороли по всем правилам искусства. Но секли не просто, — каждый виновный во время экзекуции держал руку на евангелии и повторял: «Во имя отца и сына и святого духа даю зарок, что ни я сам, ни мои дети, ни мои внуки, ни правнуки, ни праправнуки под страхом вечного отцовского проклятья не будут на сапоги ставить картонные подошвы...»
И, знаете, качество сапог на многие годы после этого улучшилось! — смеялся Гиляровский.
Года через два после этого разговора в зимний вечер в глухой деревне, где-то между Талдомом и Кимрами, куда я заехал на волчью охоту, старуха хозяйка рассказывала:
— В прежние времена, до революции, у нас в деревнях сапоги шили. Купец Михайло Иванович Чернов дело поставил хитро. Одна семья головки тачает, другая только голенища, третья сапоги собирает. Дед его, Иван Чернов, когда турецкая война была, картон за границей покупал да на солдатские сапоги, прохвост, и ставил. Солдатики-то на Шипке ноги отмораживали, а он с генералами в Кимрах вино пил... После войны судить его вроде стали. Да разве ворон ворону глаза выклюет?...»
Хотим поделиться отрывком из статьи Анатолия Гудимова, которая была опубликована в журнале «Журналист» в 1968 или в 1969 году. В ней рассказывается о талдомском купце Николае Чернове. Думаем, вам будет интересно.
«…Владимир Алексеевич (Гиляровский), жалуясь как-то на плохое качество купленной им «вечной» ручки, рассказывал… (впоследствии он написал об этой истории в книге «Москва и москвичи»)
— В шестидесятых годах прошлого столетия торговал под Китайгородской стеной обувью купец Чернов. Мастерские у него были в Кимрах, Талдоме и окружающих деревнях; там испокон жили сапожники.
Прославился этот купец тем, что на толкучках через подставных лиц продавал большое количество сапог с картонной подошвой. Знали об этом многие, но поймать его никто с поличным не мог. Местный пристав был купцом куплен и предупреждал его о малейшей опасности.
И был в то время полицмейстером города Москвы Лужин — страстный охотник. На охоте Лужину и пожаловались на черновские сапоги его егеря и псари. Зная порядки в своем ведомстве, Лужин велел охотникам самим выследить купца.
Однажды егеря разбудили Лужина на рассвете и сообщили: только что во двор склада въехали возы с сапогами на картонной подошве. Лужин был скор на подъем и расправу. Через полчаса склады окружили, купца Чернова и его поверенного схватили и отправили в полицейскую часть. Там их выпороли по всем правилам искусства. Но секли не просто, — каждый виновный во время экзекуции держал руку на евангелии и повторял: «Во имя отца и сына и святого духа даю зарок, что ни я сам, ни мои дети, ни мои внуки, ни правнуки, ни праправнуки под страхом вечного отцовского проклятья не будут на сапоги ставить картонные подошвы...»
И, знаете, качество сапог на многие годы после этого улучшилось! — смеялся Гиляровский.
Года через два после этого разговора в зимний вечер в глухой деревне, где-то между Талдомом и Кимрами, куда я заехал на волчью охоту, старуха хозяйка рассказывала:
— В прежние времена, до революции, у нас в деревнях сапоги шили. Купец Михайло Иванович Чернов дело поставил хитро. Одна семья головки тачает, другая только голенища, третья сапоги собирает. Дед его, Иван Чернов, когда турецкая война была, картон за границей покупал да на солдатские сапоги, прохвост, и ставил. Солдатики-то на Шипке ноги отмораживали, а он с генералами в Кимрах вино пил... После войны судить его вроде стали. Да разве ворон ворону глаза выклюет?...»
Поделитесь новостями с жителями города
Если Вы стали свидетелем аварии, пожара, необычного погодного явления, провала дороги или прорыва теплотрассы, сообщите об этом в ленте народных новостей. Загружайте фотографии через специальную форму.
Полезные ресурсы
Рекламный баннер 728x90px center-bottom